Некогда в Вулканештах в канун дня св. Николая зимнего (19 декабря) ходили ряженые. Взрослые парни, переодевшись в женскую одежду (преимущественно в светлую) и вымазав лица сажей, парами обходили дома (Kadın gezerdilär). О своем прибытии они возвещали стуком в окно и пели: «Hay, Kadınım, hay / Geliriz, ölürüz / Bela başınıza oluruz... Хозяева угощали их вином, одаривали деньгами и обрядовыми калачами. Исполняемый под окнами текст и сохранившееся в вулканештском диалекте выражение «Aman mari, ne kısmetliymiş bu insan, sansın Kadın gecesi duumuş! раскрывают семантику данного обряда. Несмотря на то, что в тексте говорится о смерти и о беде, приход ряженых считался добрым знаком, а ночь обхода домов ряжеными (Kadın gecesi) счастливой.

В обряде налицо бинарные противоположности (мужское-женское, черное-белое, смерть-жизнь, добро-зло) и одновременно их единство, взаимодействие которых делает возможным бесконечное существование жизни. Нам долго не удавалось объяснить корни этого обряда. Он не известен в других гагаузских селах, не зафиксирован этнографами на Балканах. «Кадын» упоминается ученым В. В. Радловым как имя духа в древнетюркской мифологии. Возможно, гагаузское мифологическое божество (дух) в женском обличии Кадын имеет отношение к алтайской «принцессе Укока», известной местным жителям как Ак-Кадын1, которая также носит амбивалентный характер. Согласно верованиям коренного населения Алтая, она являлась хранительницей покоя и стояла на страже врат подземного мира, охраняла «зев земли» и не допускала проникновения Зла из низших миров (https://www.moya-planeta.ru/news/view/vopros_o_zahoronenii_mumii_ princessy_ukoka_vyzval_spory_6566/).

 Свое предположение о связи гагаузской Кадын и алтайской Ак-Кадын мы строим на интерпретации гагаузского обряда kadın gezmää, в основе которого лежит бинарное противопоставление (смерть-жизнь, добро-зло), связанное с границей реального и потустороннего миров. Наши предположения подкрепляются обрядовым текстом и обрядовыми действиями ряженых и хозяев дома. Ряженые обходят дома ночью (элемент границы меду мирами) с угрозой принести зло, но, получив угощение -умилостивление, уходят, унося с собой зло и оставляя домочадцам добро.

Если наши предположения верны, надо искать им подтверждение в обрядовых системах других тюркских народов и, соответственно, искать объяснения путей появления такого обычая у гагаузов.

Евдокия СОРОЧАНУ, 
 доктор филологии, старший научный сотрудник сектора «Этнология гагаузов» Института культурного наследия АН Молдовы.

1 В полевых записях автора стоит знак вопроса в написании возгласа в начале текста. Он звучит с придыханием: (h)ay или (h)ak, Kadınım. Автор в своей монографии (Gagauzların kalendar adetleri) дает вариант «Hay, Kadınım, hay!», нам тогда он казался более вероятным. Материал собирался в 1986 г., информатор Киосе Елена, 1918 года рождения не могла объяснить ни значения обряда, ни смысла текста, автору же тогда еще не было известно об алтайской Ак-Кадын. Возможно, гагаузский текст начинался «(h)ak, Kadınım, (h)ak!».