Прошло 22 года с того времени,  как поселок Светлый, административно состоявший в составе Тараклийского района,  вошёл в состав Гагаузии,  но нынешнее поколение совсем не знает, как  «легко» это произошло. Все это время ведутся спекулятивные разговоры и распространяются небылицы, особенно из уст тех, кто был против вхождения поселка в состав Гагаузии, кто и сегодня не может смириться со свершившимся фактом. К моменту проведения референдума,  по закону, населенные пункты, в которых гагаузская часть населения составляла 50% плюс 1 житель,  автоматически входили в состав Гагаузской  автономии. В Светлом же,  к тому времени  проживало  40% гагаузов, остальные – жители  других национальностей. Встал вопрос - быть  или не быть Светлому  в составе Гагаузской  автономии.

В то время Светлый  находился в составе Тараклийского района. Предстоял титанический труд - вырвать поселок из него. Мы понимали, что руководство района до последнего будет стоять за сохранение состава района. Так оно и было.

Теперь все по порядку. В девяностые годы я работал в Чадыр-Лунге, сначала в РСУ в должности  начальника, а затем меня избрали  председателем МСО. 1986 год был сложным: случившееся землетрясение повредило основные жизнеобеспечивающие объекты: школы, СПТУ, управление механизации и многое другое. В эти дни в Чадыр-Лунгу приехал первый секретарь ЦК КП Молдовы С.К. Гроссу. Я был приглашен  на встречу с ним в РАПО в кабинет М.К.Пашалы, где мне было предложено (читай - приказано) незамедлительно начать восстанавливать разрушенное. В это время ПМК-77 ликвидировали, и все предприятия передали  в  состав МСО  вместе с кадрами, производственной базой и объектами, которые надо было достраивать. Я стал возражать, мотивируя сложностями, ожидающими меня. Но секретарь ЦК сказал, что мне выделят 300 человек из числа осужденных и солдат, проходящих службу в Болградской  дивизии. Я снова пытался возражать, говорил о трудностях в организации труда такого количества людей, которые не являются профессионалами, и при этом выполнить план. На меня возлагались большие надежды. В МСО было много подрядчиков, один из них  - ПДМК-4, которую возглавлял  С.М. Топал. Эта организация работала слаженно и всегда выполняла план. Оттуда я и знал Степана Михайловича.

В 1995 году он, уже в ранге Президента  Гагаузской Республики, приезжает  в п. Светлый, и я был приглашен в поселковый совет председателем А.И. Канны. В беседе Степан Михайлович рассказал мне о готовящемся референдуме о вхождении поселка в состав Гагаузии,  о том, что необходимо создать инициативную группу. В тот же день были собраны все  депутаты поселкового Совета. Собравшимся С.М. Топал описал обстановку и предложил мою кандидатуру на избрание председателем. Мне предстояло собрать 15  активных и лояльных к Гагаузии жителей поселка. 

Вот их имена:  Банев В.И. - болгарин, инженер-строитель; Сиркели П.И. - гагауз, преподаватель;  Яногло И.Г. - гагауз,  преподаватель;  Радов Г.Г. - гагауз, инженер коммунхоза; Торлак В.А. - гагауз, преподаватель;                                                            Торлак И.А. - гагауз, преподаватель;  Гордиевский Г.Д. - гагауз, директор школы; Гордиевская Л.А. - украинка, учительница; Крушельницкий А.П. - русский, главный инженер; Каранфил А.Д. – молдаванин, гл. энергетик;  Луговской К.Ф. – украинец, учитель; Багрин Г.П. – гагауз,  главный  врач.  

Я не помню и не слышал, чтобы кто-то ещё в Светлом  занимался строительством и становлением Гагаузии, кроме вышеупомянутых лиц. Предстояла неимоверно  тяжёлая работа,  ведь в составе населения около 40% гагаузов, и среди них не было единого мнения. Остальное население - других национальностей, плюс еще принадлежность к другому району.

Решили собираться у меня дома тайком. На первом заседании по улицам выясняли этнический состав проживающих жителей. Было много выселенцев из Бессарабии в Алтайский край, а потом вернувшихся обратно. Люди с разной психологией, вдобавок Светлый (бывшая Деневица) раньше был немецкой колонией, что также необходимо было учитывать в нашей работе.

На втором заседании  распределили между собой улицы, кварталы, пятиэтажки. Совместно разработали дорожную карту, распечатали и раздали всем памятки, в которых обосновывали преимущество Гагаузии. До этого я обратился за помощью к К.П. Таушанжи, который с экономической точки зрения показал преимущества проживания в составе автономии.

Противники референдума нам не давали спокойно работать,  всячески мешали, пытаясь его сорвать. Писали ночью на моем заборе всякие глупости, угрозы. Надписи я стирал, но они появлялись снова. Об этом я докладывал Президенту ГР Топалу С.М., Председателю ВС ГР Кендигеляну М.В.,  начальнику батальона Бургуджи И.Г. Чтобы поддержать нас морально,  С.М. Топал направил в п. Светлый своих единомышленников. Мы воспряли духом, появилась уверенность в своих силах, перестали бояться, стали работать с большим энтузиазмом.

У меня был старенький УАЗ-452, и на этой машине мы ездили по улицам, заходили в каждый дом и беседовали с людьми. Бывало и такое, что нам не открывали двери, закрывали калитки, выключали свет. Я составлял список этих людей, а потом старался побеседовать  с ними днем. Они сознавались, что боялись открывать нам двери. И это понятно, ведь многие из них работали в Тараклии. Сейчас я понимаю, насколько тяжелой была ситуация, но все равно мы продолжали ходить по домам и убеждать сомневающихся.

С.М. Топал звонил мне каждый день по нескольку раз,  держал, как говорится, «руку на пульсе». Он очень переживал за референдум и все время спрашивал: «Василий Иванович, как думаешь, выиграем поселок?». Я смело отвечал: «Не переживайте, второго тура не будет».

Когда первая часть задачи была выполнена, то есть составлен список жителей поселка, проведена агитационная работа,  Степан Михайлович приехал к нам, еще раз разъяснил суть референдума, назначенного на 25 марта 1995 года. В его присутствии мы выбрали членов избирательной  комиссии, а меня назначили ее  председателем.

Воскресный день проведения референдума  25.03.1995г. руководство техникума объявило рабочим днем. Расчет был прост - 200 сотрудников (преподаватели, лаборанты, технический персонал) не выйдут голосовать, и явка людей на избирательный участок провалится, а вместе с ней - и референдум. Понятно, что указание поступило сверху, поэтому я не виню наших жителей. В день референдума моросил дождь  но, несмотря на непогоду, весь руководящий состав Тараклийского района присутствовал у нас, тут же были замечены представители многих посольств, аккредитованных в РМ, а также  чиновники из Кишинева. 

Чтобы отвлечь от процесса голосования, меня часто приглашали на чашку кофе, пообедать, но я отказывался. Более того, распорядился поставить для себя отдельный стол. Как председатель участковой избирательной комиссии, я все избирательные бюллетени держал в своем дипломате, чтобы не допустить их утерю  или манипуляцию с ними. Понимал, что  избирательный бюллетень - это документ  конституционной важности, удостоверяющий голос  избирателя.  Именно поэтому я не мог доверить их членам комиссии, зная, что на них могут как-то надавить. А так надежней, да и мне спокойней. За целый день голосования оказывалось много попыток повлиять на меня, поколебать мои убеждения. Даже автомобиль предложили. Но все они были тщетны.      

Сегодня легко сказать: референдум состоялся там-то и тогда-то. Но это был не просто рядовой референдум. 25 марта 1995 года решалась судьба поселка. Я больше скажу - рождалась наша история, менялись взгляды и характеры людей.

... В день проведения референдума я предупредил всех членов комиссии, чтобы в течение дня никто не отлучался, работать будем без обеда. Я следил за каждым членом комиссии, чтобы исключить попытки сорвать референдум. Вестибюль ДК мы перегородили деревянным каркасом. В одной половине работала комиссия, а на другой собирались подозрительные группы граждан и  о чем-то шептались. Избиратели голосовали и сразу уходили, видимо, чтобы не «светиться». Вместе с комиссией мы  оставались один на один с ситуацией. Было как-то не по себе.  Поэтому когда я увидел входящих на избирательный участок С.М.Топала, М.В. Кендигеляна и К.П. Таушанжи, у меня от радости и облегчения прослезились глаза, настроение поднялось.

Возвращаясь мысленно назад, хочу отметить, что одна улица в п.Светлый (ул. Димитрова) в референдуме участия не принимала. Руководство Тараклийского района заранее эту улицу установленными дорожными знаками «пристегнуло» к с. Малый Кортен. И до сегодняшнего дня улица так и осталась в Тараклийском районе.

... В 20 часов мы закрыли двери и посчитали бюллетени. Получилось, что большинством голосов п. Светлый вошел в состав Гагаузии.  Запечатанные бюллетени я на своем УАЗике,  без сопровождения, на свой страх и риск повез в Комрат. Под рукой, на всякий случай, держал рукоятку. Слава Богу, все обошлось.

В райисполкоме работала правительственная комиссия во главе  с первым вице-премьером по фамилии Булгар. Около полуночи я добрался до Комрата, поднялся на 2-ой этаж. Спросил, где принимают документы. Мне показали дверь, за которой сидел мужчина. Он, посетовав на мою позднюю явку, принял документы. Я расписался в двух журналах и вышел. Но потом, найдя Степана Михайловича,  я понял, что совершил ошибку. Мы вместе спустились снова на второй этаж, но в кабинете, вместо мужчины,  уже  сидела женщина, которая ничего не могла пояснить по поводу сданных мною документов. Мы возвращаемся на 3-й этаж в кабинет, где сидели члены комиссии, собранные из разных представительных органов Центра и Степан Михайлович, обращаясь к ним, говорит, что, если в течение пяти минут бюллетени из п.Светлый не найдутся, будет серьезное разбирательство. Одновременно дает команду охране закрыть все двери и без его ведома никого не выпускать.

Принятые меры дали свой результат, бюллетени нашлись, все потихоньку успокоились и приступили к их пересчету. 26 бюллетеней признали недействительными из-за того, что избиратель, выразив свое волеизъявление, поставил не только галочку, но  и дополнительно обвел ее ручкой.  Ну, что тут возразишь?  Пришлось через две недели заново проводить голосование.

Помните изречение: «быстро сказка сказывается, да долго и трудно дела делаются»? Я снова собирал инициативную группу у себя дома, мы проводили анализ нашей работы, учли ошибки и вновь стали обходить дворы, беседовать с жителями, агитируя за Гагаузию. К своим единомышленникам я обратился со словами: «Неужели  дадим возможность нашим оппонентам  ликовать и праздновать победу?». 

При повторном голосовании жители п. Светлый, как говорится,  «задетые за живое», большинством голосов снова проголосовали за вхождение в состав Гагаузской автономии. 

Хочу еще раз отметить, что Президент Гагаузской Республики С.М.Топал очень переживал за наш поселок, за судьбу референдума, постоянно интересовался развитием ситуации. Если был занят, то посылал своих помощников А.Чешмеджи, Н.Славуцкого, Н.Тельпиза, К.Таушанжи. Мы честно работали, никого не подкупали и никого не запугивали. Правда и справедливость восторжествовали, и мы победили. Если бы в Бессарабке, Вишневке, Бурлаченах, Чалыке работа велась также интенсивно, то эти населенные пункты, как знать, тоже были бы в составе Гагаузии.

Василий БАНЕВ.
с.Светлый.